Недавно к нам в руки попал прелюбопытнейший документ – письмо за подписью главы государственной корпорации «Роснано» Анатолия Чубайса. В нем главный нанотехнолог России объясняет кредиторам Михаила Лернера, как тратятся государственные деньги, вложенные в производство модификатора асфальтовых покрытий «Унирем».
Этот «не имеющий аналогов» модификатор делается путем обработки температурой резиновой крошки от изношенных покрышек на предприятии «Уником», соучредителями которого являются Роснано и предприятие Лернера ООО «ГК Новый каучук». Так вот из письма Чубайса следует, что деньги идут на оборудование «Уникома», зарплату сотрудникам и аренду производственных помещений. Казалось бы, что в этом странного? Вполне целевое расходование средств. Но это только на первый взгляд. А если копнуть чуть глубже, выплывают крайне интересные подробности, существенно меняющие радужную картину. Во-первых, эти подробности в ярких красках живописуют коммерческие таланты Михаила Лернера, который умудряется получить свой профит в «несколько концов» даже при работе с государственными органами. А вот прожженные дельцы из ведомства Чубайса в этом свете выглядят весьма странно.
То ли простодушными лопухами, которых можно доить, не напрягаясь, то ли людьми, скажем так – заинтересованными в процессе этой дойки. Чтобы не быть голословными, давайте разберем по пунктам историю этой изящной комбинации по освоению бюджетных средств в интересах отдельно взятого человека. Итак, на дворе май 2008 года. Над Михаилом Лернером зависла неприятность – долг Сбербанку. «Небольшой» такой должок, чуть больше 80 миллионов рублей. И долг этот весьма неприятный. Сбербанк – могучая машина. С ним не договоришься, его не «кинешь». А в тюрьму из-за каких-то денег Лернеру не хотелось. И он в своем стиле решил провернуть типично лернеровскую комбинацию. Под поручительство своего брата Дмитрия Михаил Лернер взял в кредит 2,5 миллиона долларов.
На эти деньги было выкуплено здание в промзоне Подольска по адресу Комсомольская, дом 1. Зданию этому было больше ста лет. Неизвестным нам способом Лернер организовал «независимую» оценку здания, и под его обеспечение взял в Соцгорбанке кредит на 150 миллионов рублей. Точная сумма оценки нам неизвестна, но, судя по размерам кредита, она была завышена раза в три. Этой суммы хватило на то, чтобы рассчитаться со Сбербанком и вздохнуть свободнее. По идее денег с лихвой хватало и на то, чтобы вернуть те 2,5 миллиона баксов, на которые он купил здание. Но… Михаил Ильич решил не заморачиваться и «простить» этот долг кредитору.
То, что за него придется расплачиваться поручителю – родному брату! – его нисколько не взволновало. Ничего личного, просто бизнес. В итоге Дмитрию пришлось выплачивать чужой долг. Вы спросите – причем тут Роснано? А вот тут и начинается самое интересное. Как говорится – следите за руками. Зданием в Подольске владеет некое ООО «Антик». ООО «Новый каучук» (учредитель Лернер) покупает доли в «Антике» и становится его учредителем. То есть Михаил Лернер практически владеет этим зданием через «прокладку» «Антика». Далее. Совместно с Роснано создается предприятие «Уником», его генеральным директором становится Михаил Лернер. И «Уником» заключает с «Антиком» арендный договор на использование «Уникомом» здания в Подольске, принадлежащего «Антику».
Ничего не замечаете? Фактически Лернер платит арендную плату сам себе! А деньги на это ему дает госкорпорация «Роснано». В чем г-н Чубайс честно признается в своем письме. Возможно, в его ведомстве сидят совершенно профнепригодные сотрудники, которые не смогли выявить этой фантастической по своему цинизму комбинации. Но верится в это с трудом. Дурачков на таких местах не держат. От всей этой истории не просто дурно пахнет, а откровенно воняет. А если учесть, что на момент получения «Уникомом» первого транша денег Роснано (около 180 млн. руб.) в марте 2010 г. 150-миллионный долг Лернера Соцгорбанку давно не обслуживался, то вонь только усиливается. Какая уж тут махинация с арендой, если госкорпорация щедро дает деньги несостоятельному должнику? С того момента, как на Лернера пролился роснановский золотой дождь, у него началась новая жизнь. А со старой он, соответственно, решил порвать.
И сделал это своеобразно. Не только перестал платить по старым долгам. Даже своему отцу он заявил, что больше не желает иметь с ним ничего общего, у него теперь новая семья, а ты живи как хочешь. Отныне Михаил Ильич предпочел семью своей жены Светланы Вершининой. А что, хорошие люди, покладистые. Тесть – бывший охранник Черкизовского рынка. На него Лернер оформил долю в ООО «ГК Новый каучук». Теща – медсестра из Кащенко. С такими не пропадешь. Для еврея отказаться от отца, пожалуй, позорнее, чем предать Родину. Илья Моисеевич попросил Михаила не приходить на его похороны. Дмитрий тоже старается не вспоминать о брате, который подставил его под миллионные долги и за которого ему пришлось рассчитываться. Для еврея немыслимо нарушить клятву, данную в синагоге.
О том, как Михаил Лернер обманул своего кредитора в синагоге, мы рассказывали в прошлой статье. Обмануть единоверца для еврея – страшный грех. О том, как Михаил Ильич собрал среди прихожан своей синагоги крупную сумму и «простил» эти долги, мы тоже рассказывали. Стоит ли удивляться, что среди евреев-бизнесменов имя Михаила Лернера не пользуется популярностью. «Позор еврейского народа» – это еще довольно мягкий эпитет в его сторону. Непросто найти традицию, которую он еще не нарушил. В такой ситуации, наверное, действительно проще уйти в новую семью, чем пытаться восстановить подмоченную репутацию и запятнанную честь. Тем более когда делать это нет никакого желания.
Добавил SoBo назад в раздел «Общество». Источник: Заметка
